Экипаж "Электры"
зарисовка

Китт Максвелл рос в состоятельной семье на одной из центральных планет, и не то чтобы купался в роскоши, но и недостатка ни в чем не испытывал. И ему это нравилось. Он держался как избалованный аристократ, говорил с французским грассированием и зачитывался книгами из отцовской библиотеки.
С книг-то всё и началось. А точнее – с Джека Лондона, которым юный Китт заболел прочно и надолго. Он проштудировал все книги этого писателя, которые ему удалось обнаружить, и решил, что ему срочно надо бежать из дома на Аляску – к суровым испытаниям, опасным приключениям, мужественным мужчинам и верным женщинам.
читать дальше Но тут Китта ждало разочарование – оказывается, далекой романтичной Аляски на Земле уже давно не существует, а за суровыми испытаниями надо отправляться подальше от центральных планет. А вот куда именно… И Китт пошел с осторожными расспросами к отцу. Отец серьезно выслушал его и высказал умную мысль: где-то на окраине Галактики полно планет с подходящими суровыми условиями. Вот только – сказал отец – без оружия-то там делать нечего. А значит, сперва надо приобрести оружие и научиться им пользоваться. И, кстати, неплохо было бы освоить профессию, нужную на этих суровых землях – пассажиров в суровые края не возят. А вот экономистов или юристов… Мысль была здравая, и Китт решил бросить бездельничать и пойти учиться. Вот только ни экономисты, ни юристы не казались ему достаточно нужными для Аляски, поэтому он решил стать врачом. Обрадованный его неожиданной тягой к знаниям, отец быстро подыскал Китту подходящий престижный университет, и Китт решительно двинулся на штурм научных твердынь.
Учиться оказалось непросто. Китт занимался сутками напролет, штудировал научные трактаты, осваивал медицинские приемы от древнейших до самых современных, неделями вкалывал на дежурствах в больницах, а в редкие свободные вечера занимался в тире. Жизнь била ключом, времени не хватало, знания лежали перед ним безграничным океаном… и ему это нравилось.
Медицина оказалась захватывающим приключением, учебные дисциплины, поначалу казавшиеся неприступными, всё охотнее сдавались его натиску, и преподаватели всё чаще и чаще поговаривали о том, что такой талантливый студент просто обязан остаться в аспирантуре. Отец гордился успехами сына, госпитали всё чаще приглашали его ассистировать в сложных и редких операциях, и заведующие госпиталями уже ревниво поглядывали друг на друга, соображая, как бы именно им затащить к себе молодого перспективного врача Китта Максвелла.
Но у Китта была своя мечта – Аляска.
Поэтому однажды славным летним днем он пришел к отцу, положил на стол свежеполученный диплом врача, и заявил, что уезжает.
- На работу в Межпланетный медицинский центр? – со слабой надеждой поинтересовался отец.
- С исследовательской экспедицией на окраину Галактики, бортовым врачом! - гордо ответил Китт. – Вот билет, вот документы, вот остатки подъемных – я, кстати, револьвер купил! – и меня ждут в центральном доке через два часа.
Зная упертый характер своего отпрыска, отец не стал спорить – вздохнул и смирился.
Так Китт получил, в конце концов, свою современную Аляску.

Приключения, о которых он так мечтал в детстве, скоро повалили валом. Экспедиция, в которую он записался, не добралась до места назначения – недалеко от Проксимы Центавра на их корабль напали пираты. Всю команду перебили, кроме Китта и девушки- ученой. Девушку отправили на камбуз, в помощь местному коку – сварливому однорукому бандиту, а Китта привели в медотсек, и капитан, почесывая щеку кривым ножом, сказал потрясенному врачу:
- Нашего медика я повесил два дня назад – парня моего плохо прооперировал, чмо криворукое. Заражение пошло, пришлось парня пристрелить, чтобы не мучился. Теперь ты лечить будешь. Врач же?
Китт торопливо кивнул.
- Вот и отлично, – капитан довольно похлопал его по плечу. – Будешь лечить хорошо – будешь жить долго. Будешь лечить плохо – не будешь жить вообще. Мне тут дармоеды не нужны. Усек?

Бортовым врачом на пиратском корабле Китт пробыл несколько месяцев, и за это время он получил столько практики, сколько у него и в помине не было за семь лет обучения в университете. Раны огнестрельные, раны от лазера и фазера, раны колотые, резаные и дробленые, укусы, ожоги, обморожения, отравления… с чем только ему не приходилось сталкиваться! Жизнь была просто и сурова, настроение пиратов менялось как погода в апреле, каждый день мог стать последним… и Китту это нравилось. Да, несмотря ни на что и вопреки здравому смыслу, но нравилось. Дух романтики не собирался умирать, и где-то на горизонте по-прежнему маячила призрачная Аляска.
Закончилось всё как-то внезапно. Китт не мог толком сказать, что произошло – его никогда не выпускали из медицинского отсека, предпочитая держать взаперти, и даже иллюминаторов и окон внешнего обзора у него не было. Судя по бессвязным воплям в коридоре, пираты начали преследовать очередную добычу, а добыча оказалась то ли чересчур юркой, то ли чересчур умной. Начавшись на орбите, погоня продолжилась в атмосфере, и Китт предусмотрительно пристегнулся ремнями безопасности… Вовремя – корабль начало швырять, как щепку в водовороте. Где-то снаружи гремели выстрелы, взрывы, Китта болтало то прямо, то боком, то вверх ногами, ремни больно врезались в грудь и живот, его тошнило… и, когда корабль с оглушительным треском грянулся о землю, Китт успел порадоваться, что его мучения закончились, прежде чем тьма накрыла его с головой.
Впрочем, когда грохот утих, оказалось, что сознания Китт не потерял – просто в медотсеке вырубился свет. Тошнило по-прежнему, адски болел затылок, и Китт, чертыхаясь, освободился от ремней безопасности и попытался наощупь найти выход из медотсека. Чёрта с два. Судя по всему, корабль при падении развалился на части, и медотсек теперь валялся где-то в груде покореженного металла на богом забытой планете с пока еще живым доктором внутри. При мысли об этом Китта заколотило. Он ощупью пробрался туда, где по его ощущениям находился верх его нынешней импровизированной тюрьмы и принялся молотить кулаками по теплой переборке.
- Э! кто-нибудь! – отчаянно заорал он. – Есть кто живой?! Выпустите меня! Эй!
Ответа не было. Китт запаниковал.
«Все мертвы?! А ведь запросто – эти дубины, насколько я успел понять, никогда не пристегивались… и вообще… медотсек-то укреплен… Я что, один выжил?!..»
Живое воображение тут же нарисовало ему его собственную медленную смерть от голода в темноте в этой безымянной могиле. Китт снова заколотил руками по металлу и заорал, срывая голос.
Он даже охрипнуть не успел – снаружи в переборку кто-то стукнул. Потом еще раз и еще – с расстановкой, не спеша.
Китт снова застучал в потолок и радостно заорал с новой силой:
- Я здесь! Выпустите меня! Эй!
В переборку снова стукнули три раза. Китт снова замолотил кулаками. Так продолжалось какое-то время, потом вместо стука в переборку грохнул выстрел. В замкнутом пространстве медотсека он прозвучал оглушительно громко, и Китт невольно отшатнулся и присел, закрывая голову руками. Тут же в потолке прорезался белым неровный овал… и Китт не сразу понял, что кто-то раскурочивает металл лазерной ножовкой. Десять томительно-долгих минут – и вырезанный кусок грохнулся под ноги Китта, впуская в медотсек свежий воздух.
- Есть кто живой? – в отверстие сунулась голова в широкополой ковбойской шляпе. Шляпа тут же сделала попытку упасть следом за куском переборки, но владелец привычно её подхватил. – Эй, ау?
- Я тут, - неловко отозвался Китт.
- Ну слава ляжкам, я уж думал, что пришиб тебя ненароком. Чего ж ты, дубина, колошматился в потолок? Тебе ж стучали русским языком – отойди, ща резать будем!
- Так темно тут, - так же неловко ответил Китт.
- Ясно всё с тобой…
- Сильвер, хватит болтать! – окликнули ковбоя снаружи. – Тащи сюда всех, кто не сдох, сейчас разбираться будем.
- Есть, кэп! – бодро отозвался ковбой и протянул Китту руку. – Хватайся, вытащу.
Китт уцепился за его руку, и был быстро и ловко выдернут из остатков медотсека.
- Спасибо, – пробормотал он, оглядываясь. – Ого…
От пиратского корабля осталась груда обломков, более-менее уцелел только правый борт, а точнее, тот его кусок, в котором находился медотсек и кухня. Судя по всему, корабль не выдержал столкновения со скалой, которая укоризненной громадой высилась сейчас над ними. Обломки еще дымились, кое-где из-под них пробивались язычки пламени.
- Вот это ничего себе, – потрясенно протянул Китт. – Эй, а ну как всё тут рванет сейчас?! Смотрите – огонь!
- Боевиков насмотрелся, - хмуро буркнул парень в потертой куртке, исподлобья разглядывая Китта. – Нечему тут взрываться, топливный бак еще при входе в атмосферу рванул.
- О… вот оно что. Кто еще выжил?
- Никто. Так что отвечать за весь этот бардак придется тебе.
- Отвечать? – не понял Китт.
Тип в ковбойской шляпе покосился на хмурого парня и пояснил доктору:
- Вы напали на исследовательский корабль НИИ МИ. Дело-то уголовное. Спорим, капитан сейчас размышляет, что проще – сдать тебя ближайшему полицейскому патрулю или пристрелить, сделав вид, что никто не выжил. Кэп, я голосую за второй вариант – нафиг нам пилить стопицот парсеков ради одного мудака?
- Погодите! – торопливо сказал Китт. – Это недоразумение!
- Серьезно? – прищурился тот, кого ковбой назвал капитаном. – Вы случайно прижимали нас к планетке, заставляя сесть, и совсем нечаянно предлагали сдаться и пойти в рабство?
- Нет! То есть да… то есть, пираты-то делали всё это не случайно, но я-то не пират!
- Мда? А кто ты? Подпольный принц Даланийской Империи?
- Я Китт Максвелл, бортовой врач с исследовательского корабля «Криптон», наш корабль был атакован пиратами, всех убили, меня заставили быть их медиком, потому что предыдущего медика они прикончили за некомпетентность! Меня даже из медотсека никуда не выпускали, и кормили там, и… и всё остальное…
- Понятно.
Китт замолчал, умоляюще глядя на этих двоих. Капитан покосился на ковбоя:
- Сильвер, проверь – там реально медотсек? И, если так…
- Прихвачу чего-нибудь полезного, - с энтузиазмом отозвался ковбой и нырнул в прорезанное в переборке отверстие. Капитан тем временем, не сводя глаз с Китта, коснулся пуговки переговорного устройства на лацкане куртки и проговорил:
- Электра, запрос.
- Слушаю, капитан, - приглушенно раздался из переговорного устройства приятный женский голос.
- Исследовательский корабль «Криптон», Китт Максвелл.
- Одну минуту.
Минута растянулась на целую вечность, после которой из переговорного устройства донеслось:
- «Криптон» пропал без вести три месяца назад, предположительно – уничтожен пиратами. В числе пропавших – судовой врач Китт Максвелл, 27 лет, рост 175 сантиметров, волосы темные волнистые, глаза…
- Достаточно, Электра, - и капитан, снова коснувшись устройства, отключил связь.
- Я не вру, – сказал Китт.
- Он не врет, – из дыры в переборке высунулся Сильвер. – Кэп, тут медицинский отсек, запертый на все запоры и со всеми неудобными удобствами. Подозреваю, этого страдальца и впрямь держали тут взаперти.
- Ладно, - сказал капитан, и Китт перевел дух. – Берем его на корабль, высадим где-нибудь в приличном месте, откуда он до дома сумеет добраться.
- Между прочим, я пока могу профессиональную медпомощь оказывать, – приободрился Китт, быстро почуявший новый ветер приключений.
- Не наоказывался еще у пиратов?
- Ну, я ж профессионал. Вот вам определенно нужно в лазарет – больно уж вы бережно плечом не шевелите. Вывих? Ушиб? Пуля? Может и пуля – куртка порвана, я смотрю…
- Осколок, – сквозь зубы выцедил капитан, кидая настороженный взгляд туда, где в медотсеке возился Сильвер, собирая медикаменты. – Сейчас выйдем на орбиту, передам управление и перевяжу без сопливых недопиратов.
- Некому кроме вас на орбиту вывести? – профессионально нахмурился Китт, сразу почувствовав в этом капитане типичного раздолбая. – А ну-ка, снимайте куртку! Я посмотрю, что там у вас такое…
- Здесь тебе не пиратский корабль, – холодно осадил его капитан. – Здесь я командую, а не самозваные медики.
- Самозваные?! Да я, между прочим, отличник Филадельфиского университета!.. Да я!..
- Помоги Сильверу собрать уцелевшие медикаменты, - бросил ничуть не впечатленный капитан и, развернувшись, пошел в сторону небольшого межпланетного корабля класса «корвет», аккуратно примостившегося на крохотном пятачке между скал.
- Да я!.. – вслед ему сказал Китт. – Фиг я сойду с корабля в вашем «приличном месте»! особенно елси у вас доктор хуже, чем я.
- У нса нет доктора, - сказал Сильвер, выставляя на землю ящик с физраствором. – А ты хорош голосить, и спускайся, поможешь. Что тут у тебя еще полезного есть? А то чертова глушь же. Пока найдешь место, где можно чем-нибудь затариться… А у нас еще три планеты для сбора образцов впереди, прежде чем на обратный курс ляжем.
- В конце концов, я бортовой врач, - гордо сказал Китт Максвелл и полез помогать этому ковбою.
Здесь снова определенно пахло Аляской – суровым краем настоящих мужчин!
И Китту это нравилось.

16.10.14